воскресенье, 18 мая 2014 г.

Казахстан-2014: случайности не случайны

7 мая с официальным визитом в Казахстан прибыл заместитель госсекретаря США Уильям Бернс. Там он встретился с президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым и рядом других официальных лиц.

ИАЦ МГУ обратился за комментарием к заместителю генерального директора Института национальной стратегии Александру Костину.
ИАЦ МГУ:   Как Вы бы прокомментировали итоги визита заместителя госсекретаря США Уильяма Бернса в Казахстан?
Александр Костин: Я считаю, что визит заместителя госсекретаря США был значительным внешнеполитическим событием для Казахстана. Бернс весомая фигура в американском политическом истеблишменте, именно в аппарате Госдепартамента. Более того, была информация, косвенно подтвержденная, что Бернс выступал с неформальной миссией «переносчика» послания Барака Обамы.
Скорее всего, обсуждались не столько казахстанско-американские отношения, сколько общая ситуация в регионе и, наверняка, момент посреднической функции Казахстана между США и Россией.
Я уже говорил, в одном из интервью, что у нас отсутствуют неформальные каналы коммуникаций с западным сообществом. А казахстанская элита этими каналами обладает. А у нас, кроме формальных коммуникаций других нет. И это парадокс.
В целом, для Казахстана этот визит имел большое значение, иначе президент РК не пожертвовал бы саммитом, пусть и неформальным.

ИАЦ МГУ: Российские эксперты обсуждают отказ Нурсултана Назарбаева от участия в неформальном саммите ОДКБ 8 мая в пользу встречи с заместителем госсекретаря США Уильяма Бернса. И звучат достаточно категоричные формулировки, мол, Казахстан переосмысливает внешнеполитические приоритеты. Как Вы думаете, с чем в действительности связан отказ президента РК?

Александр Костин: Я думаю, что ни о каком переосмыслении речь вообще не идет. Российские эксперты вообще часто реагируют на подобные новости рефлексионно, в оторванности от контекста отношений. Такая позиция ничего общего с реальностью не имеет.
Что касается отказа Назарбаева, то визит Бернса, на мой взгляд, имел реально большее значение для Казахстана. Бернс – это посланник и его послание было адресовано непосредственно президенту РК. И здесь даже не вопрос в том, что было важнее, а лишь гармоничное расставление приоритетов.
Неформальный саммит ОДКБ, по сути, глобального политического значения не имел. Но если мы посмотрим назад, то будет очевидно, что Назарбаев выступал локомотивом, драйвером евразийского проекта, о чем свидетельствует его лекция в МГУ. Он последовательно подтверждал позицию Казахстана по этому вопросу. Поэтому здесь никаких вопросов просто не может быть к Казахстану.
Фактически, отказ президента – это был не отказ. Это было лишь расставление приоритетов. Президент РК выполнил свою миссию в формате евразийской повестки. У Казахстана есть своя стратегия, свое место в регионе, свои интересы. И он их просто последовательно реализовывает. Казахстан, прежде всего, наш партнер и его именно так и нужно воспринимать. Никак иначе.

ИАЦ МГУ: С начала года заметна явная активность США в центрально азиатском регионе. Визиты заместителей госсекретарей прошли во всех странах ЦА. С  чем связана подобная активность США в центрально-азиатском регионе в целом и в Казахстане в частности? Это ведь уже второй визит заместителя госсекретаря США  в Казахстан практически за месяц.

Александр Костин: Начну с того, что США всегда были активны в регионе. Я бы не назвал происходящее всплеском активности, это, скорее всего, всплеск интереса российских СМИ, истеблишмента к региону и политике Вашингтона в нем. Интерес США всегда был стабильно высоким. Это видно по количеству общественных организаций, по представительству дипломатического корпуса в Казахстане, по количеству мероприятий, проводимых американской стороной. Тут даже не стоит сравнивать с российскими подобными мероприятиями.
Но если мы все же допускаем определенный всплеск интереса, то его можно охарактеризовать несколькими событиями. Во-первых, это вывод войск из Афганистана, который приковывает внимание США к Казахстану. Ведь Казахстан на данный момент является одним из двух центров силы, на которые США делают ставку. Первый это Узбекистан. Второе, борьба влияний с Китаем.
Третье. Рамочная реализация проекта Уильяма Блейка «Великий Шелковый Путь». Сейчас он вновь начинает раскручиваться. Американцы вообще редко отказываются от своих планов. И это видно по новому всплеску интереса к этому проекту, хотя мне он кажется малоперспективным.
Казахстан к тому же рассматривается не только как ближайший союзник, но и через фокус контактов с президентом РК. Собственно говоря, Назарбаев это человек, к которому прислушивается наш Президент, у них есть личный контакт. Казахстан рассматривается именно через ценность влияния Нурсултана Абишевича на Путина. Точнее не влияния, а того, что он будет услышан корректно и правильно Президентом РФ. Такую позицию можно увязать с кризисом отношений США и РФ. Вашингтон вполне может  таким образом пытаться расширить неформальные каналы коммуникаций с Россией.
Честно говоря, не вижу сейчас какого-то взрыва интереса США к Казахстану. Увеличение количества визитов американских чиновников связано с обострением отношений с Россией. По всему остальному США стабильны в своем интересе, они годами стратегически вкладывались в Казахстан.

ИАЦ МГУ: Близится подписание договора о создании Евразийского Экономического Союза. В этой связи, какие будет дальнейшие шаги США относительно Казахстана?
Александр Костин: Именно стратегия с подписанием договора меняться не будет. Надо понимать, что с подписанием договора Союз резко не появится, не станет работать, его построение займет определенное время. По сути, подписание – это формальный момент.
Вопрос в том, как Союз будет развиваться, какие альтернативы будут предлагаться Казахстану с третьей стороны. Я убежден, что Казахстан постоянно будет находиться в состоянии «искушения».
Если смотреть более широко. Сейчас позиция США будет последовательной и жесткой с точки зрения сворачивания возможностей России именно в технологическом плане. Возможности евразийской экономики в будущем будут последовательно блокироваться США. Что касается Казахстана, то у него будут расширяться перспективы, альтернативы, ему будут предлагаться заманчивые проекты.
Кстати, это больше сигнал не Казахстану, а России для интенсификации нашего сотрудничества, по созданию евразийской политической информационной повестки, по созданию бизнес-повестки как таковой, которая пока в России не звучит. Сигнал по формированию инфраструктуры, чтобы мы могли что-то предложить Казахстану в рамках двусторонних отношений,  в рамках евразийской интеграции, Центральной Азии, новых рынков. Пока сказать что-то определенное сложно.
На данный момент нам нужно создать это пространство – бизнес, логистику, чтобы действительно началось хождение товаров, налаживание бизнес-контактов. Чтобы было не формальное объединение, а пространственное, глубокое, содержательное.
Еще нужно понимать, что ситуация неразрешенности ряда вопросов усугубиться с приходом в Казахстане новой власти. Как только смениться власть, все риски для России, все скрытые конфликты выйдут наружу и ситуация может стать неуправляемой. Пока все эти шероховатости скрадываются безусловной позицией президента РК. Поэтому сейчас главное создать евразийское единое пространство. Потому что Казахстану все время будут ставить альтернативы. Это нужно учитывать. Потом, возможно, начнется и прессинг, в первую очередь, на элиту, на компании, на экономические связи, счета и т.д.
Чтобы избежать рисков, нужно создать работающую альтернативу. Конечно, Казахстан должен получить гарантии защиты своих интересов в России и в регионе в целом. Просто сейчас нам нужно более содержательно этим заниматься.

Беседовала Валерия Ромащенко
http://www.ia-centr.ru/expert/18167/

Комментариев нет:

Отправка комментария